«Грузия продолжает активно позиционировать себя на международной арене в качестве «миротворца». С высоких трибун Организации Объединенных Наций звучат декларативные заявления о готовности к примирению и заботе об абхазском народе. Однако на практике подобная риторика расходится с реальными действиями грузинской стороны.

Современный характер взаимоотношений между Республикой Абхазия и Грузией был определен событиями августа 1992 года, когда грузинское руководство приняло решение развязать кровавую вооруженную агрессию против народа Абхазии. На протяжении последующих десятилетий наша страна вынуждена находиться в состоянии постоянной готовности к отражению возможных угроз безопасности со стороны соседнего государства, подобные которым уже имели место в августе 2008 года. С тех пор состоялось уже 67 раундов Международных дискуссий по безопасности и стабильности в Закавказье (МДЗ), в ходе которых абхазская сторона неизменно и аргументированно выступает за заключение юридически обязывающего соглашения о неприменении Грузией военной силы в отношении Республики Абхазия. Этот вопрос остается одним из ключевых в повестке МДЗ, но этот процесс Грузия целенаправленно саботирует.

Говоря о так называемой проблеме беженцев и временно перемещенных лиц, грузинская сторона предпочитает не вспоминать о том, что Республика Абхазия уже предпринимала односторонние шаги доброй воли, создавшие прецедент в постконфликтной практике. После окончания кровопролитного конфликта абхазской стороной были предприняты инициативы по возвращению беженцев в Галский район Республики Абхазия. Однако ответом на эти шаги стало развертывание грузинской стороной диверсионно-террористической войны, сопровождавшейся похищениями и казнями людей в приграничном Галском районе. Трагическим итогом этой политики стала гибель 117 миротворцев, выполнявших свой международный мандат.

В сложившихся условиях единственным надежным гарантом безопасности Республики Абхазия остается стратегическое союзничество с Российской Федерацией. На этом фоне попытки Грузии исказить реальное положение дел и использовать в отношении Российской Федерации термин «оккупант» выглядят особенно цинично.

Показательным элементом грузинского «миролюбия» остается и целенаправленная политика изоляции Республики Абхазия, осуществляемая Грузией при поддержке западных партнеров и направленная на ограничение ее участия в международных форматах.

Грузинская сторона избегает открытой дискуссии, искусственно лишая представителей Республики Абхазия возможности донести свою позицию до мирового сообщества. Грузия монополизирует трибуну ООН и других структур для продвижения односторонних резолюций.

Неотъемлемой частью этой политики остается ограничение свободы передвижения граждан Республики Абхазия и их внешней мобильности. Республика Абхазия последовательно продвигает на международных площадках вопрос признания своих национальных документов и обеспечения возможности их полноценного использования. Однако Грузия и ее политические спонсоры продолжают создавать искусственные препятствия для использования и легализации национальных документов, выдаваемых Республикой Абхазия.

Без реальных шагов Грузии по отказу от практики гуманитарного давления, снятию искусственных барьеров для нашего участия в международных форматах и, что самое главное, подписанию твердых юридических гарантий о неприменении силы, любые рассуждения о «миролюбии» останутся лишь пустыми декларациями».