Последние новости

мая 25 2024

ПРЕЗИДЕНТ АСЛАН БЖАНИЯ ПОСЕТИЛ РЯД ОБЪЕКТОВ СТОЛИЦЫ

Сухум. 25 мая 2024. Абхазия-Информ. Президент Аслан Бжания посетил ряд объектов столицы, на которых идут ремонтно-восстановительные работы. Так, на одной из главных улиц Сухума –…

Календарь событий

« Май 2024 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    

Мы в Фейсбуке

 

Интервью бывшего вице-премьера  Беслана Кубрава информационному агентству «Абхазия-Информ»

- Беслан Сергеевич, в различных СМИ периодически возвращаются к теме российского железнодорожного кредита. В свое время этот кредит один из журналистов назвал «большой абхазской аферой». Вы, будучи вице-премьером и министром финансов подписали соглашение об этом кредите. Так ли этот кредит был необходим Абхазии?

- Необходимость восстановления железной дороги, ее капитального ремонта была общеизвестна. Даже представители нынешней власти, остро критикующие данное соглашение, признавали необходимость восстановления железной дороги. Еще в 2004 году правительство возглавляемое премьер-министром Раулем Хаджимба заключило соглашение с ОАО «Российские железные дороги». В соответствии с ним, абхазская сторона обязывалась предоставить РЖД один из курортных объектов республики, что нами было сделано, а российская – отремонтировать участок железной дороги от Псоу до Сухума. Однако произведенный ремонт не отвечал необходимым требованиям, пропускная способность и качество железнодорожного полотна, к сожалению, практически не изменилась. Вновь остро встал вопрос ремонта.

Мы, естественно, обратились к нашему стратегическому партнеру - Российской Федерации о предоставлении экспортного кредита. У них мы нашли понимание, за что хочу выразить им благодарность.

- На каких условиях был предоставлен кредит?

- Кредит был предоставлен сроком на десять лет, и все работы по восстановлению железной дороги проводились российской стороной. Деньги в Абхазию не поступали.

Кредит предоставлялся под 2,5% годовых, но первые четыре года мы ничего не платили. С учетом инфляционных процессов кредит под столь низкую процентную ставку был очень выгодным, а в результате мы получали восстановленную железную дорогу, хотя и без ремонта вокзальных помещений. Эти работы качественно и в срок были проведены. Российская сторона в основном выполнила свои обязательства.

Да, наши оппоненты много говорят о кабальности этого договора. Этот вопрос, как и многие другие, был остро политизирован и использовался тогдашней оппозицией в борьбе за власть. Причем тогдашнее руководство республики оппозиция представляла как предателей интересов страны. Мы категорически с таким тезисом не согласны. Естественно, без транспортной инфраструктуры - железной и автомобильной дорог, морского и авиасообщения - говорить о развитии экономики невозможно.

Если открытие Сухумского аэропорта сопряжено с политическими моментами, то железная дорога и автотрасса, восстановленная от Псоу до Сухума, - крайне необходимые элементы развития нашей экономики, и нам удалось провести эти восстановительные работы.

- Что дало Абхазии подписание этого соглашения?

- С 2012 года, когда уже отремонтированная железная дорога вступила в строй, по настоящее время по ней перевезли следующие грузы:
• ГСМ - 3100 вагонов, 182 448 тонн;
• стройматериалы – 1967 вагонов, 129 379 тонн;
• продукты питания (мука, сахар и прочее) – 1548 вагонов, 103 673 тонн;
• щебень – 11 740 вагонов, 799 880 тонн;
• уголь – 15 290 вагонов, 926 947 тонн
и другие грузы.

Перевезли 678 тысяч пассажиров.

За этот период доходы железной дороги составили 221 миллион рублей.

Я хочу спросить наших критиков, каким образом можно было осуществить эти перевозки без железнодорожного сообщения? Разве доставка этих грузов и товаров не служат развитию нашей экономики, и, как следствие, пополнению доходной части бюджета?

Теперь перейдем к самому договору.

Кредит был предоставлен нам по очень низкой процентной ставке - в 2,5%, и это при уровне инфляции в рублевой зоне где-то до 15% в год.

Да, я согласен с тем, что для Абхазии и это серьезное бремя. Но непонятно, почему нынешняя власть говорит, что сегодня у нас двухмиллиардный долг, когда погашение кредита будет осуществляться до 2023 года. Насколько мне известно, срок нахождения у власти нынешнего руководства заканчивается в сентябре 2019 года. Им следует говорить и думать о той сумме, которую нужно погасить в период их нахождения у власти, или же они думают и дальше также руководить страной?

Президент говорит, что дела с пополнением бюджета по сравнению с прошлыми годами обстоят неплохо. Ну, тогда не понятно, в чем проблема? Ведь тело кредита надо заплатить не за один год. Таким образом, утверждение о том, что на сегодняшний день долг по железнодорожному кредиту, составляющий два миллиарда рублей, непосредственно является причиной неудач экономической политики нынешних властей, не обоснованно и не верно.
Работа железной дороги дает пусть небольшие, но доходы. Но есть еще косвенные доходы от завозимых грузов и товаров. Все это взаимосвязано.

Было много нареканий по поводу нарушения процедуры подписания и ратификации соглашения по кредиту. Была создана парламентская комиссия. Я выступал перед этой комиссией, давал им соответствующие разъяснения.

Здесь есть два момента. Если речь идет о нарушении процедуры ратификации, которой фактически не было, то это понять можно. Если же вести речь о экономической целесообразности соглашения, то тут вопросов практически нет. Она не оспаривается никем, а нарушения процедурного характера, связанные с ратификацией, не умоляют значение самого соглашения. У меня было соответствующее Распоряжение Кабинета министров на подписание данного соглашения, что я и сделал. Я считаю, что это было правильное решение.

- Проясните, пожалуйста, ситуацию с банковским кредитом.

- В августе 2010 года было подписано «Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Абхазия о предоставлении Республике Абхазия государственного кредита» Оно было подписано в целях увеличения капитализации и модернизации Национального банка Республики Абхазия.

Российская федерация предоставила Абхазии кредит в размере 700 млн рублей под 2,5% годовых. 400 миллионов рублей предусматривались на капитализацию самого Нацбанка, а 300 млн - на развитие национальной платежной системы. Данный кредит полностью был передан правительством Абхазии Национальному банку РА на вышеуказанные цели. В свое время покойный Илларион Аргун (бывший председатель Нацбанка – АИ) занимался созданием платежной системой «АПРА» и многое ему удалось сделать. Но, к сожалению, трагические события 2014 года не позволили ему дело довести до конца. Нынешнее руководство Нацбанка предпринимает усилия по внедрению этой платежной системы, и определенные успехи у них есть, чему я искренне рад. А 200 миллионов рублей, которые нынешние власти намерены направить на поддержку малого и среднего бизнеса – это остатки так называемого банковского кредита, полученного Абхазией.

Я хочу подчеркнуть, что этот кредит фактически будет выплачивать не государство из своего бюджета, а Нацбанк из собственных доходов. Таким образом, погашение данного кредита не будет нагрузкой для государственного бюджета.

- Прошлые власти также обвиняют в том, что они оставили долг в 800 млн рублей...

- Я в этот период был руководителем Администрации президента и не вел финансовые дела. Однако знаю, что экс-президент А.З. Анкваб при возникновении непредвиденных обстоятельств требовал от строителей экстренного выполнения тех или иных работ. К примеру, где-то необходимо срочно восстановить мост, провести берегоукрепительные работы и т.д. Он давал поручения строителям осуществить необходимые работы за счет их внутренних ресурсов с последующей оплатой их затрат. Абсолютно убежден, на эти суммы действительно произведены работы. Я бы хотел, чтобы действующие власти опубликовали список тех работ, за счет которых образовался этот долг в 800 миллионов рублей. Пусть конкретно скажут, с чем они не согласны, какие работы, на их взгляд, не следовало производить. Недавно, как вам известно, в селе Эшера в результате ливневых дождей подмыло участок республиканской дороги, произошли оползни. Более двух месяцев никакие работы не велись из-за отсутствия финансовых средств. Я уверен, Анкваб тут же дал бы поручение произвести все необходимые работы за счет строительной организации и они уже были бы завершены.

- Вас обвиняют в неэффективном использовании российской финансовой помощи и за ошибки, которые приходится исправлять нынешним властям...

- Я с этим не согласен. Что означает неэффективное использование финансовых средств? Если мы строили детсады, школы, дороги, спортзалы, театры, музеи, то конечно же, эти объекты не приносят прибыли. Мы решали социальные вопросы, развивали транспортную инфраструктуру, занимались благоустройством городов - заменой кровель в многоэтажных многоквартирных домах, ремонтом и обновлением лифтов, осушением подвалов и т.д. О каком экономическом эффекте в этом случае можно говорить? Эти работы необходимо было провести для улучшения качества жизни наших граждан. С этой задачей прежние власти справились блестяще.

- Еще при прошлых властях шла речь о введении казначейской системы с целью увеличения прозрачности и эффективности расходования бюджетных средств. Почему она так и не была тогда введена?

- Работа по введению казначейской системы была начата еще прежними властями. Необходимая документация была создана министерством финансов, а ее внедрение сорвалось в результате майских событий прошлого года. Нынешние власти пытаются внедрить казначейскую систему, и я желаю им успехов. Надеюсь, это у них получится.


Доцент Российского государственного гуманитарного университета,  эксперт Российского совета по международным делам Сергей Маркедонов взял интервью у кандидата политических наук,  начальника экспертного управления Администрации президента Абхазии Ираклия Хинтба.  

Интервью подготовлено для Caucasus Times

Caucasus Times: Всего несколько дней назад Ваша республика отмечала седьмую годовщину признания? Что изменилось с этого момента в Абхазии? Какие процессы Вы считаете приоритетными для ее развития за все эти годы?

Ираклий Хинтба: После 26 августа 2008 года – признания Российской Федерацией Республики Абхазия в качестве независимого государства – международный статус Абхазии значительно укрепился, и в целом политико-правовые реалии в Закавказье претерпели значительные изменения. Абхазо-российские отношения стали межгосударственными, и их всемерное укрепление и развитие – не только ключевым направлением внешней политики Абхазии, но и фактором, во многом определяющим становление Абхазии в качестве суверенного, независимого и экономически благополучного государства.

17 сентября 2008 года был подписан рамочный Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, в развитие которого последовало принятие более 80 межгосударственных, межправительственных и межведомственных соглашений, охватывающих практически все направления двустороннего сотрудничества.
Если говорить о приоритетных процессах, то после 2008 г. Абхазия начала отходить от парадигмы выживания. Встала задача выхода на траекторию социально-экономического развития. Россия обеспечила для этого базовые условия: прочные гарантии безопасности и щедрую финансовую помощь.

В 2009 г. были подписано абхазо-российское соглашение о совместных усилиях в охране государственной границы Абхазии, а в 2010 г. - соглашение об объединенной военной базе. Обеспечение безопасности Абхазии, в том числе защита от потенциальной военной агрессии Грузии, вышли на новый уровень.

Благодаря соглашениям в финансово-экономической и социальной сферах в Абхазию стало поступать российское финансирование в виде финансовой помощи бюджету, на выплату пенсий жителям Абхазии - гражданам России и на программы развития - Комплексный план содействия социально-экономическому развитию Абхазии на 2010-2012 годы и Инвестиционную программу содействия социально-экономическому развитию Абхазии на 2013-2015 годы. Всего по состоянию на 31 декабря 2014 года общий объем финансирования, поступившего в Абхазию из Российской Федерации, составил около 35 млрд руб.

Если в предыдущие годы российское финансирование направлялось, в основном, на реализацию инфраструктурных проектов – строительство и восстановление школ, больниц, детских садов, учреждений культуры, дорог, систем водоснабжения и канализации, коммуникаций – то в настоящее время акцент постепенно смещается в сторону поддержки реального, производящего, сектора экономики. При этом особое внимание, как и прежде, будет уделяться инфраструктурному направлению, являющемуся драйвером роста экономики.

Одна из ключевых проблем экономики Абхазии – наличие огромного теневого сектора. Совокупный объем неучтенных и незарегистрированных (внелегальных) активов, в частности собственности, а также незадействованных в экономическом обороте сбережений у населения, в сотни раз превышает бюджет страны. Схожие экономические реалии на примере стран Латинской Америки и постсоциалистических государств хорошо описаны Эрнандо де Сото в книге «Загадка капитала». Экономика не может развиваться, когда большая часть национального богатства не легализована и не используется в качестве капитала и источника и движущей силы экономического роста. Без официально оформленной частной собственности современная рыночная экономика невозможна. Поэтому важнейшей задачей сегодняшнего дня должны быть институциональные реформы, связанные с созданием системы надежных гарантий прав собственности, полноценного учёта национального богатства, оптимизации системы госуправления и расходов бюджета, реорганизации неэффективных госпредприятий, внедрение принципа верховенства закона и другие изменения. Во многом, эта работа уже начата. Нужно продвигать это поначалу болезненные, но совершенно необходимые преобразования, для того чтобы Абхазия состоялась как полноценное суверенное государство.

Caucasus Times: Абхазия долго шла к международному признанию. И долгие годы пребывала в статусе непризнанного образования. Какие основные этапы во внешнеполитическом позиционировании республики за постсоветский период Вы могли бы выделить?

Ираклий Хинтба: Здесь наблюдается константа – Абхазия на всех этапах и при любых обстоятельствах позиционировала себя как союзник России. «Естественным союзником России» называл Абхазию Первый Президент Владислав Ардзинба. Даже в тяжелые годы блокады, введённой решением саммита глав государств СНГ в 1996 г., даже в условиях, когда российское руководство 1990-х гг. мыслило в большей степени в категориях «территориальной целостности Грузии», Абхазия содействовала обеспечению интересов России в Закавказье.

При столь устойчивой внешнеполитической ориентации, не предполагавшей кардинальной смены парадигм или активного поиска новых реальных союзников, не имеет смысла выделять какие-то отдельные этапы во внешнеполитическом позиционировании Абхазии. Не являлись этапными ни попытки наладить диалог с другими странами или объединениями, в частности с Европейским Союзом, ни риторическое провозглашение «многовекторности» во внешней политике Абхазии. Все эти попытки прорвать международную изоляцию, не вредившие пророссийской ориентации, сталкивались с поразительной ригидностью западных подходов к ситуации в регионе. Изоляция продолжается по сей день. Европейская идея «взаимодействия без признания», по-видимому, угасла в зародыше, вновь уступив место «стратегическому терпению» – столь же бесполезной для региональных, да и для западных, интересов концепции, как и миф о «российской оккупации».
Сегодня Абхазия позиционирует себя в качестве союзника и стратегического партнёра России в формирующейся полицентричной системе мироустройства. В данном случае политический и ценностный векторы совпадают. В развитие этого направления 24 ноября 2014 года был подписан важнейший абхазо-российский Договор о союзничестве и стратегическом партнёрстве. В Абхазии осознают значимость союзничества с Россией, направленного на укрепление региональной стабильности и безопасности и обеспечение условий поступательного социально-экономического и политического развития Абхазии.

Усиление конфронтации России и Запада вокруг ситуации на Украине привнесло дополнительное геополитическое измерение в региональные конфликты в Закавказье. По абхазо-грузинской границе проходит водораздел между сферами влияния России и Запада. В американском экспертном сообществе всё чаще раздаются мнения о необходимости активизации роли Запада в Закавказье, его большей вовлеченности в дела региона. В частности, в недавнем докладе института Брукингса подчёркивается отсутствие синергии в подходах США и ЕС, что привело к замене их реальной политики в Закавказье «имитационной политикой», которую нельзя противопоставить «российской экспансии» в регионе. Логическим следствием этих выводов может быть не продвижение политики «мягкого регионализма», а усиление острой геополитической конфронтации, в которую Запад хочет втянуть и Турцию. В этих условиях растёт риск искусственной «разморозки конфликтов».

При всём этом Абхазия не отказывается от контактов с Западом на основе равноправия и взаимного уважения. Однако ни в ЕС, ни в США пока не готовы к перезагрузке концептуального видения ситуации в Закавказье. Строить же отношения с этими игроками за счёт союзничества с Россией или же какой-то серьёзной модификации наших принципиальных позиций в Абхазии не намерены.

Caucasus Times: Сегодня многие эксперты (в особенности в Европе и в США) говорят о том, что за последние семь лет независимость Абхазии стала де-факто зависимостью от России. Как бы Вы прокомментировали этот сюжет? Что здесь наносного, а в чем есть рациональное зерно?

Ираклий Хинтба: Нет ничего предосудительного в том, что Абхазия как небольшое, становящееся на ноги государство может зависеть в определенных вопросах от признавшей её мировой державы. В этом смысле мы ничем не отличаемся от десятков других государств, которые находились в похожих с нами условиях на этапе становления, и даже выглядим приличнее некоторых якобы независимых и международно-признанных государств, где фактически существует внешнее управление. Любое небольшое государство ищет в международной системе центр силы, который в большей степени соответствует её как прагматическим, так и ценностным ориентирам. Хорошо, когда эти ориентиры совпадают, ведь нас с Россией связывают тысячи нитей – в том числе исторические, культурные, человеческие.

Причём удивительно, что навешивают на нас ярлык «зависимости от России» представители тех государств, которое за последние двадцать лет сделали всё, чтобы Абхазия не имела возможности выхода на широкую международную перспективу.

Безусловно, гиперболизировать объективную зависимость, сгущать её до идеологизированных клише типа «российской оккупации», чем занимаются наши оппоненты, категорически недопустимо. Абхазия - это не искусственное созданное «буферное государство» и некий инструментальный проект. Здесь хорошо осознают свои национальные интересы, которые связаны с результатами героической национально-освободительной борьбы абхазского народа. Эти достижения уже прочно встроены не только в идеологические основы нашего государства, но и в ценностную структуру самосознания. Перечеркнуть их невозможно.

Все помнят горячую политическую дискуссию в Абхазии по проекту Договора о союзничестве и стратегическом партнерстве. Спрашивается: можно ли представить такое обсуждение в оккупированном государстве? В результате, для любого объективного наблюдателя стало понятным, что подписанный Договор концептуально направлен на качественное развитие абхазо-российских отношений через укрепление реального суверенитета Абхазии. Россия предоставляет нам возможность модернизировать социальную сферу и создать реальный сектор экономики, стать экономически и финансово более самодостаточными, а следовательно, укрепить суверенитет. Сможем ли мы воспользоваться этой возможностью – зависит от нас.

Причём, пожалуй, впервые в абхазо-российских отношениях появляется формализованная кондициональность. Скажем, в качестве условия российского софинансирования повышения заработных плат выдвигается реализация системных преобразований, связанных с оптимизацией неэффективных расходов, принятием и осуществлением программы повышения эффективности в отдельных сферах – при методическом и консультационном содействии России. При таком содействии в Абхазии заработала казначейская система исполнения бюджета – важнейшее институциональное нововведение. Эти системные изменения должны, в том числе, стимулироваться извне – именно так модернизировались постсоциалистические европейские страны.

В Абхазии стремятся запустить мотор внутреннего развития, повышая налоговую дисциплину, поддерживая через инструменты кредитования малый и средний бизнес, выводя экономику из тени. В результате Абхазия должна достичь приемлемого уровня самофинансирования. Эту задачу ставит сегодня Президент Рауль Хаджимба. В проекте государственного бюджета Абхазии на 2016 г. доля собственных доходов должна вырасти в два раза - почти до 60 % от всей доходной части. Это правильное направление, которое поддерживают и наши российские коллеги.

Очевидно, что снижение прямой финансовой зависимости позволит укрепить абхазо-российские отношения и лишит наших общих оппонентов возможности навесить на нас очередной ярлык.

Caucasus Times: За последние годы, бывая в Абхазии, я слышал от многих, что грузинский фактор перестал играть важную роль в жизни республики? Безопасность Абхазии гарантирована Россией, а после 2008 года Тбилиси потерял инструменты давления на Сухуми (контроль над Кодори). Как, по Вашему мнению, обстоят дела на этом направлении?

Ираклий Хинтба: Грузинский фактор действительно стал менее заметным в дискурсе безопасности, но его значимость во внутренних политических процессах сохраняется. Наблюдается интересная ситуация. Молодежь, целое поколение, выросшее после войны, практически не связана эмоционально с Грузией и зачастую имеет об этой стране весьма приблизительное представление. Некоторые не знают даже, как звучит грузинская речь. В то же время, в определенных ситуациях, когда речь заходит об ущемлении интересов Абхазии, даже такая молодежь становится «эмоциональным сообществом», благодатной аудиторией для восприятия алармистской риторики. Конфликт с Грузией в массовом создании – отнюдь не реалии вчерашнего дня.

Отношения с Грузией после августа 2008 г. развивались в парадигме «невоенной конфронтации»: пытаясь нивелировать решение России о признании Абхазии, Грузия использовала целый набор политико-дипломатических, правовых и информационно-пропагандистских инструментов для изоляции Абхазии, её позиционирования в качестве «оккупированной территории», подрыва социально-экономического развития страны. Администрация Саакашвили стремилась переформатировать конфликт из грузино-абхазского в грузино-российский, что автоматически делало недостижимыми любые договоренности по его урегулированию. По вине Грузии перестали работать правила игры и механизмы, заложенные в документах середины 1990-х гг. (в частности, Московское соглашение от 14 мая 1994 г.).

После смены власти в Грузии в 2013 г. новое руководство страны хоть и снизило градус агрессивной риторики и прекратило поддержку диверсионной деятельности в Галском районе Абхазии, однако пока не сумело переломить инерцию старых подходов и отказывается, как и предыдущая администрация, подписывать с Абхазией соглашение о неприменении силы. Грузия технически продолжает находиться в состоянии войны с Абхазией, не признавая при этом наличия конфликтных отношений, - следовательно, не может быть создано приемлемого переговорного пространства для урегулирования межгосударственного конфликта.
Необоснованные притязания Грузии на наше государство, велеречивые заявления о любви к «братьям-абхазам», расходящиеся с реальными действиями, оскорбительные доклады о ситуации с правами человека в Абхазии, которые начал готовить МИД Грузии – всё это создает крайне неблагоприятный фон для нормализации наших отношений.

Несмотря на неурегулированные взаимоотношения с Грузией, необходимо привести ситуацию в приграничном Галском районе, а также на абхазо-грузинской границе, в состояние правовой определенности. Речь идёт о скорейшем упорядочении правового статуса жителей Галского района, не обладающих гражданством Абхазии. Должен быть в максимально сжатые сроки принят закон, позволяющий предоставлять этим людям вид на жительство. Нужно исключить ситуацию, когда в ситуации правовой неразберихи появляется простор для незаконных действий.

Неприемлемая ситуация имеет место на абхазо-грузинской границе. Официально товары, поступающие с территории Грузии, не облагаются таможенной пошлиной и иными сборами, при этом неформально перевозчики грузов платят немалые деньги в карманы отдельных лиц. Об этом всем известно. Учитывая, что остановить эти товарные потоки на сегодняшний день нереалистично, считаю абсолютно обоснованной идею Президента об организации официального таможенного обложения ввозимых и вывозимых через абхазо-грузинскую границу товаров и грузов. Речь не идёт об официальной торговле с Грузией – никто с грузинским государством или компаниями не торгует. Мы говорим о том, что деньги, предназначенные государству, должны поступать в бюджет, а не в чей-то частный карман. Да и в принципе, государственная граница без полноценного таможенного контроля (если речь не идёт о специальных режимах) – это нонсенс.

Caucasus Times: Практически сразу же после «пятидневной войны» 2008 года начались консультации в Женеве. За все это время только ленивый эксперт не критиковал их за неэффективность. Вы участвовали в работе этого формата, видели его не только в качестве политолога. Каковы цели, задачи консультаций не вообще, а конкретно для Абхазии? И какие перспективы Вы видите для нее здесь?

Ираклий Хинтба: Дипломатическая работа – это профессиональная деятельность, и для её оценки нужны профессиональные знания и навыки. Гарольд Никольсон в своей книге «Дипломатия» писал о том, что у каждого есть своё мнение и даже готовое решение по любому международному вопросу, причем решения эти иллюзорно просты и очевидны - так почему же эти нудные дипломаты всё продолжают и продолжают встречаться за столом переговоров? В дипломатии не бывает устраивающего только одну сторону результата. В этом деле надо избегать завышенных ожиданий.

О недостатках Женевских дискуссий уже многое сказано – это, в первую очередь, неформализованный статус участников. Скажу о позитиве. Женевские дискуссии – пожалуй, единственный наш канал доступа к международному сообществу. В дипломатии зачастую важен сам канал общения, то есть важен процесс, задел на будущий предметный диалог. Кроме того, как верно отмечено в аналитическом докладе «Оценка политических рисков в регионе Закавказья (Южного Кавказа)», ввиду участия абхазских и югоосетинских делегаций в Женевских дискуссиях «даже горячие противники признания Абхазии и Южной Осетии не станут оспаривать их роль и значение в урегулировании конфликтов и стабилизации (или, наоборот, дестабилизации) Кавказа».

Цель Женевских дискуссий – обеспечение стабильности и безопасности в регионе. С 2008 г. никаких серьезных осложнений ситуации не наблюдалось - во многом, это результат регулярного общения сторон в Женеве. Помимо политических тем, в Женеве активно обсуждаются и не без практических результатов вопросы гуманитарно-культурного характера, проблематика прав человека. Мы должны активно использовать международно-правовые инструменты, апеллировать к международной практике, а также к моральным нормам для аргументирования необходимости снятия барьеров к международному общению граждан Абхазии, отмены грузинского антиправового закона о т.н. оккупированных территориях, подписания юридически обвязывающего соглашения о неприменении силы.

Безусловно, Женевским дискуссиям не помешали бы новые импульсы и свежие идеи, определенная концептуальная встряска. Здесь могли бы быть полезны и предложения экспертного сообщества. Женевские дискуссии могут продолжаться много лет (например, переговорный процесс по Приднестровью в формате «5+2» длится уже 10 лет, Минская группа ОБСЕ по урегулированию ситуации вокруг Нагорного Карабаха действует более 20 лет. Дело не в этом. Главное, чтобы для всех участников Женевский форум оставался приемлемой коммуникационной площадкой. Также необходимо понимать, что наличие Женевского процесса не означает автоматическую недопустимость иных форматов взаимодействия, включая двусторонние.

http://caucasustimes.com/article.asp?language=2&id=21442

 


Глава столичной Администрации Адгур Харазия дал интервью информационному агентству «Абхазия-Информ», в котором ответил на вопросы о деятельности мэрии.

– Адгур Рафетович, скоро год как вы возглавляете Администрацию столицы.  Безусловно, наших читателей  интересует,  что за это время сделано городскими службами? Но я бы предложила начать наш разговор с бюджета на 2016 год, который  находится на стадии утверждения…

– Адгур Харазия: Если говорить о цифрах, то по сравнению с прошлым годом, разница не существенная. Хочу подчеркнуть, что большая часть бюджета, в общей сложности это около 595 млн рублей, уходит на зарплату, из них более 400 млн руб. – в сферу образования. Остальное остается городу, а при существующих у нас проблемах и довольно серьезных, вы сами понимаете – это мизер. Мы используем бюджет для решения только текущих вопросов, хотя потребности города в разы больше. В течение года может возникнуть масса проблем, на решение которых в бюджете денег не предусмотрено. Например, на тот же срочный ремонт водопроводной сети или канализации, устранение последствий стихийных бедствий и на многое другое.

Что касается бюджета на 2016 год, то вы видите, что происходит сегодня в мире, как увеличился курс иностранных валют. Это сильно влияет на экономику в целом и доходную часть бюджета в частности.
Дело в том, что у нас запланирован закуп техники для коммунальных служб: до повышения курса мы успели купить несколько единиц спецтехники марки JCB. Опыт показывает, что эта техника имеет превосходящий во много раз ресурс эксплуатации и производительности по сравнению с другими производителями. Более того, для любой техники нужны комплектующие изделия, а для работы коммунальщиков – расходные материалы – все это придется закупать уже по другой цене.


Оперная прима Хибла Герзмава: «Родина - это самое главное в жизни»

Имя Хиблы теперь знает даже тот, кто в оперу не ходит: на закрытии Олимпиады в Сочи она пела, летая на дирижабле на большой высоте...

В Англии опубликован рейтинг стран, умело пользующихся «мягкой силой» (политические ценности, культура, внешняя политика). Россия не попала даже в тридцатку стран, умеющих этой «мягкой силой» пользоваться... Как нарастить «мягкие мускулы»? Об этом — разговор с оперной певицей Хиблой Герзмава, посвятившей многие годы прославлению России за рубежом и развитию оперного искусства у себя на малой родине в Абхазии.4415bef9925fdd5686c8a4c3f1fb880f

Там, где корни
Ольга Шаблинская, «АиФ»: Хибла, мы всегда гордились нашей классикой. А сегодня Россия по-прежнему впереди планеты всей в плане культуры?


Хибла Герзмава: Наши певцы — одни из сильнейших во всём мире. Они поют на таком высоком уровне, что за границей многие учатся мастерству у россиян.
Петь в иностранных театрах — это огромная ответственность. Никогда не забываю, что я народная артистка России и должна бороться за честь своей страны.
На самом деле редко бывает такое, чтобы крупнейшие театры мира два раза подряд приглашали россиянку на репертуар Моцарта — этого композитора исполняют чаще всего европейские певицы. Я спела в спектакле «Милосердие Тита» в Гранд-опера во Франции. Вителия — очень сложная партия: речитативы, с огромными ариями, с очень большим вокальным диапазоном... Но директор венской Штатс-оперы, который присутствовал на спектакле, тут же пригласил меня в свой театр на Донну Анну в «Дон Жуане». А Австрия — это всё-таки родина Моцарта! Конечно, вдвойне лестно...
— А почему вы не уезжаете за границу насовсем? Ведь было много приглашений, насколько я знаю...
— У меня мама с папой похоронены в Абхазии, у нас там имение, все мои родные оттуда... Москва меня вырастила, выкормила, Театр им. Станиславского и Немировича-Данченко меня вылепил как оперную певицу. Так что, отвечая на ваш вопрос, скажу: это патриотизм, это память о родителях. Родина — это самое главное в жизни.


Можно поработать в Метрополитен-опера или в Ковент-Гарден. Но мне никогда не хотелось там остаться. Это другой мир, там другие люди. Моя душа говорит: мне лучше жить в этом сумасшедшем мегаполисе — Москве. Потом сесть в самолёт и через два часа быть на родине, в Абхазии, где меня ждут, любят, обожают, где уже 14 лет проходит наш фестиваль «Хибла Герзмава приглашает». На фестиваль приезжают только друзья — выдающиеся музыканты, солисты с мировым именем, мои коллеги из Большого, Мариинки и, конечно же, из моего родного Театра им. Станиславского и Немировича-Данченко. После того как дадим несколько концертов в Абхазии, у нас проходят благотворительные акции: поддерживаем местный оркестр, музыкальное училище, детский дом, дом-интернат и музеи, помогаем молодым талантливым ребятам.
Когда я приезжаю, накрываются такие столы! (Смеётся.) Я люблю всё из нашей кухни. Чем острее, тем лучше. Следить за фигурой в Абхазии просто нереально: видя эти хачапурчики, очень сложно совладать с собой.


Опыт любви
— Прима-балерина Большого Светлана Захарова говорит: чтобы исполнить роль Жизели, нужно иметь определённый жизненный опыт, пережить несчастную любовь... Юной девочке не понять этих переживаний. А в опере есть такие партии?
— Нужно пережить очень много в жизни, чтобы спеть умирающую Виолетту в четвёртом акте «Травиаты». Чтобы тебе поверили зрители в зале, которые сидят и плачут и у них мурашки по коже... В голосе должна быть боль душевная — с трепетом, любовью, теплотой, лёгкостью. В чём высший пилотаж оперной певицы в этой партии? В первом акте она поёт одним темб¬ром, а в четвёртом — совсем другим. В начале «Травиаты» Верди главная героиня весёлая куртизанка, а в финале она на смертном одре, пережившая несчастную любовь. И с Лючией («Лючия ди Ламмермур» Доницетти. — Ред.) точно такая же история. Это психологически сложная роль... Лючия сошла с ума от любви, она с оголёнными нерв¬ными окончаниями, такое ощущение — её тронешь пальцем, и она может взорваться... Не будучи драматической акт¬рисой, певица не может исполнять «Лючию» и «Травиату» — это просто нереально. Возможность показать разные грани своих героинь нужно нарабатывать, «накручивать». Не в первый год у меня это получилось, поверьте, я к этому шла очень много лет.
После Лючии и Виолетты, конечно, надо время, чтобы прийти в себя, потому что я слишком вживаюсь, и сложно потом быть снова просто Хиблой. Мы же всё через себя пропускаем...


— Хибла, на закрытии Олимпиады в Сочи вы «плыли» и пели на корабле на большой высоте. Выглядело эффектно, но неужели вам было не страшно?
— Я очень люблю экстрим и получала колоссальное удовольствие, паря над стадионом. Там очень сложная система страховки, мы много репетировали, как взбираться, как крепиться... Мой сын Сандро позвонил сразу после окончания церемонии: переживал, хорошо ли я прикреплена.9b5a6f3d6b55a0c6392ae06753aa6f27


Знаете, я очень рада, что Олимпиада в Сочи прошла на таком высочайшем уровне! Это невероятно укрепило авторитет России в мире, что бы там ни говорили завистники! Я ведь знаю этот регион с детства — родилась в Пицунде. На следующий день после закрытия Олимпиады уехала на могилки к своим родителям, целовала их памятники и говорила ещё раз огромное спасибо. Я думаю, что они радовались за меня. Мне мама с папой всегда снятся, когда что-то очень важное в жизни происходит. Я за память о предках очень держусь, они столько лет мне помогают, они всегда рядом... Корни, родина — это самое важное, что у нас есть...

Досье
Хибла Герзмава. Родилась в 1970 г. в Пицунде. «Золотое сопрано России». Народная артистка России и Абхазии. Мировую известность принесли выступления в Ковент-Гарден, Метрополитен-опера, Венской государст¬венной опере и др. В 2008 г. получила приглашение в Большой театр, однако отказалась.

http://www.aif.ru/culture/person/opernaya_prima_hibla_gerzmava_#

 


Страница 38 из 47

Наши контакты

   Тел. : +7 (840) 229-41-79  Email: abkhinfo@gmail.com

Абхазия-Информ © 2015 | Все права защищены

При полной или частичной перепечатке материалов гиперссылка на www.abkhazinform.com обязательна.